 |
|
УДК 159.9.07
DOI: 10.24412/2223-6872-2025-254-108-115
ВЗАИМОСВЯЗИ ПРОБЛЕМНОГО ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ С УРОВНЕМ ДОВЕРИЯ ИХ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ
В. П. Шейнов,
РИВШ, Минск, Республика Беларусь,
sheinov1@mail.ru,
В. А. Карпиевич,
УГЗ МЧС РБ, Минск, Республика Беларусь,
karpievich68@yandex.by
Введение
Зависимость от социальных сетей имеет крайне негативные последствия для их пользователей. Различные исследования отечественных и зарубежных авторов показывают, что эта зависимость может как усиливать негативные качества личности (агрессивность, импульсивность, экстернальность, черты темной триады, вызывать проблемы со сном и пр.), так и уменьшать положительные (ассертивность, познавательную мотивацию и мотивацию достижения, удовлетворенность жизнью и т. д.). Неизбежно здесь возникает еще один очень важный вопрос: как использование социальных сетей связано с доверием, так как нарастание зависимости от социальных сетей влечет за собой определенные проблемы?
В настоящее время активно изучается возможность увеличения социального капитала за счет активности в социальных сетях. При этом основанием социального капитала выступает доверие [2]. Оба эти фактора влияют на все стороны общественной жизни.
Изучение поведения пользователей социальных сетей показало, что уровень активности в социальных сетях связан с показателями доверия. Выявлены значимые взаимосвязи между компонентами личностного доверия и коммуникативной сетевой активностью [1]. В то же время в другом исследовании было установлено, что увеличение числа контактов в социальных сетях может отрицательно повлиять на уровень доверия пользователей к ним. Но в то же время снижение числа контактов в сети может повлиять на снижение осведомленности и уверенности, которые выступают в качестве предпосылок доверия пользователей [16].
Установленная связь между зависимостью от социальных сетей и интенсивным использованием смартфонов в полной мере свидетельствует о снижении субъективного благополучия их пользователей. При этом низкая самооценка вызывает зависимость от смартфонов и существует значимая связь между интенсивностью использования социальных сетей и размером сети [11].
Молодежь часто сталкивается с проблемами доверия, фильтрации и выбора различной информации, получаемой с помощью социальных сетей. Например, результаты исследования учащейся и работающей молодежи Тюменской области показывают, что 81 % через социальные сети получают новую информацию, а для 72 % они являются источником получения развлекательного видео- и аудиоконтента; 32 % опрошенных учащихся удовлетворяют свои образовательные потребности [3: с. 572]. Было также установлено, что при снижении уровня генерализированного доверия пользователя быстрее происходит отказ от использования социальных сетей.
Проблема доверия к социальным сетям является актуальной. M. Макабл с коллегами в своем исследовании указывает на значительную роль доверия и удовлетворенности взаимоотношениями в сети, чтобы испытывать чувство безопасности ее использования и намереваться продолжать взаимодействие в сети [14].
Выявлено, что уровень счастья связан с частотой актов доброты и уровнем доверия, что доброта укрепляет эту связь [10].
Исследование взрослых иранцев показало, что доверие опосредованно влияет на связь проблемного использования социальных сетей и ряда личностных качеств. При этом установлено, что проблемное использование социальных сетей отрицательно влияет на ощущение счастья и качество психической жизни и положительно — на тревожность и депрессию. Все эти связи были опосредованы обобщенным доверием [12].
В работе, посвященной исследованию доверия в социальных сетях к информации, касающейся COVID-19, показано, что по мере увеличения доверия к сообщениям о COVID-19 в официальных социальных сетях уровень тревожности снижался, а восприятие контроля над заболеванием COVID-19 увеличивалось, а при росте числа в социальных сетях негативного контента о COVID-19 уровень тревожности повышался, а восприятие контроля над заболеванием уменьшалось [15].
Опрос пользователей социальных сетей показал, что разнообразие социальных сетей, вовлеченность их пользователей приводит к увеличению доверия и воспринимаемой достоверности информации, а также к росту социального капитала [13]. Важность практической значимости доверия пользователей к потребляемой в социальных
сетях информации и определила цель данного исследования.
Методика
В онлайн-исследовании приняли участие 6 444 пользователя социальных сетей (средний возраст: М = 23,2 года, SD = 10,2), из которых женщины составили 3 729 респондентов (М = 23,7, SD = 10,7) и мужчины — 2 715 (М = 22,5, SD = 9,5). Данное исследование также гарантировало анонимность.
Зависимость от социальных сетей (ЗСС) оценивалась соответствующим опросником В. П. Шейнова и А. С. Девицына [5]; доверие — опросником WVS, который используется в большинстве исследований социального капитала [4].
Результаты и их обсуждение
Результаты первого этапа исследования представлены в таблицах 1–3.
В таблице 1 приведены данные, которые демонстрируют наличие статистически значимых корреляций между ЗСС и общим доверием, а также с его компонентами.
Таблица 1
Взаимосвязи зависимости от соцсетей с компонентами доверия (женщины и мужчины, N = 6 444)
| Корреляция Кендалла | Доверие к ближним | Уважение | Равенство | Готовность делиться | Поддержка | Доверие большинству | Общее доверие |
| τ | –,224** | –,221** | –,160** | –,085** | –,087** | –,029** | –,229** |
| p | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,002 | ,000 |
Примечание. В таблицах 1–3: τ — коэффициент корреляции Кендалла; p — уровень ее значимости; * — p ≤ 0,05,
** — p ≤ 0,01.
Из таблицы 2 видно, что у женщин показатели ЗСС и компонентов общего доверия совпадают с результатами из общей выборки.
Таблица 2
Взаимосвязи зависимости от соцсетей с компонентами доверия (женщины N = 3 729)
| Корреляция Кендалла | Доверие к ближним | Уважение | Равенство | Готовность делиться | Поддержка | Доверие большинству | Общее доверие |
| τ | –,190** | –,206** | –,131** | –,089** | –,076** | –,030* | –,204** |
| p | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,017 | ,000 |
Таблица 3 свидетельствует о наличии обратных связей зависимости мужчин от социальных сетей как с общим доверием, так и со всеми компонентами доверия.
Таблица 3
Взаимосвязи зависимости от соцсетей с компонентами доверия (мужчины N = 2 715)
| Корреляция Кендалла | Доверие к ближним | Уважение | Равенство | Готовность делиться | Поддержка | Доверие большинству | Общее доверие |
| τ | –,256** | –,232** | –,190** | –,074** | –,092** | –,027* | –,250** |
| p | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,000 | ,049 | ,000 |
Следовательно, результаты двух таблиц явно показывают, что и у женщин, и у мужчин имеются статистически значимые обратные связи между зависимостью от социальных сетей и общим доверием, включая все компоненты доверия.
Полученные результаты свидетельствуют о том, что чем сильнее зависимость от социальных сетей, тем ниже доверие в реальных взаимодействиях, как общее, так и во всех его компонентах. Наиболее страдают от зависимости от социальных сетей доверие к близким людям и уважение при реальном общении, что является весьма неблагоприятным обстоятельством, наносящим значительный ущерб отношениям с окружающими и прежде всего с близкими людьми.
В большинстве случаев соцсети используются для обсуждения вопросов, относящихся к личной жизни их пользователей. Например, на женских форумах превалирует обсуждение двух вопросов: ситуаций во взаимоотношениях с мужчинами и со свекровью; на спортивных — дискуссии фанатов команд и т. д.
В использованной в настоящем исследовании значительной по объему выборке ответов 6 444 респондентов подавляющее большинство составили студенты и школьники. Их участие в соцсетях также мотивировано возможностью обсуждать личные проблемы, поскольку до профессиональных вопросов они еще не доросли.
Иные (отличные от установленных нами) связи между доверием и активностью в социальных сетях могут быть у участников профессиональных соцсетей. Профессионально ориентированные сайты могут способствовать росту социального капитала, например для владельцев малого бизнеса, которые имеют возможность демонстрировать онлайн свои продукты и услуги. Но успешность этих действий возможна только при наличии доверия между пользователями этих сетей. Таким образом, для успеха участников профессионально ориентированных сайтов соцсетей необходимо наличие положительных взаимосвязей между доверием и активностью в социальных сетях. Следовательно, для пользователей профессиональных соцсетей, нацеленных на увеличение своего социального капитала, желательны положительные взаимосвязи зависимости от социальных сетей с общим доверием и со всеми его компонентами. Думается, что эмпирическое исследование профессионально ориентированных сайтов соцсетей даст именно положительные связи с доверием.
Согласно таблицам 1–3 среди компонентов общего доверия выделилось доверие большинству: и у женщин, и у мужчин его взаимосвязь с зависимостью от социальных сетей слабее связей с общим доверием и со всеми другими его компонентами; это проявляется и в значении коэффициента τ-корреляции, и в показателе его статистической значимости — p. Как видим, компоненты общего доверия вносят в выявленные взаимосвязи неравноценный вклад.
Возможная причина более слабой взаимосвязи доверия большинству состоит в том, что ее смысл значительно отличается от остальных компонентов доверия.
То, что отрицательная взаимосвязь доверия большинству с зависимостью от социальных сетей выражена несколько слабее остальных показателей доверия, может быть отражением того факта, что остальные пять компонентов доверия касаются пожеланий пользователя, на которые решающее влияние оказывает его воспитание, а степень доверия большинству зависит от личного опыта каждого респондента, но этот опыт может привести тех или иных респондентов к диаметрально противоположным выводам.
Результаты анализа опроса на доверие и его компонентов показывают, что у женщин все показатели доверия выше, чем у мужчин [16]. Этот результат созвучен с выводом, что «у студентов в виртуальном мире преобладает доверие к себе» и что «девушки больше доверяют другим людям в сети, чем юноши» [1: с. 126].
Относительно компонентов доверия с первого по пятый пользователь Сети может быть уверен в большей степени, нежели в доверии большинству [6].
Нам не удалось найти в русскоязычных и зарубежных публикациях результатов о взаимосвязях использования социальных сетей с доверием пользователей этих сетей. Но доверие тесно связано с добросовестностью и доброжелательностью.
В исследованиях показано, что добросовестность негативно связана с зависимостью от социальных сетей [7; 9]. Установлено, что доброжелательность и добросовестность служат негативными предикторами зависимости от социальных сетей [8].
Эти результаты согласуются с выводами данной статьи о наличии обратной взаимосвязи доверия с зависимостью от социальных сетей.
Выводы
Исследование показало, что существуют обратные взаимосвязи между зависимостью от социальных сетей и доверием, как общим, так и всеми его компонентами, которые при этом играют неравноценную роль.
Полученные результаты показывают, что чем сильнее зависимость от социальных сетей, тем ниже доверие в реальных взаимодействиях, как общее, так и во всех его компонентах. Наиболее страдают от зависимости от социальных сетей доверие к близким людям и уважение при реальном общении, что является весьма неблагоприятным обстоятельством, наносящим значительный ущерб отношениям с окружающими и прежде всего с близкими людьми.
Наиболее сильные связи зависимости между пользователями социальных сетей и доверием с его компонентами представлены у мужчин. Исключением являются только два показателя — готовность делиться и доверие большинству. Это свидетельствует о том, что доверительное отношение к социальным сетям у представителей разных полов неодинаково.
Полученные в данном исследовании результаты помогают наилучшим образом понять значение взаимосвязи социальных сетей и доверия их пользователей в приращении социального капитала. Продолжением настоящего исследования может стать изучение взаимосвязей зависимости от социальных сетей с общим доверием и его составляющими на профессионально ориентированных платформах социальных сетей.
Литература
1. Акимкина Ю. Е. Особенности личностного доверия студентов в коммуникативной сетевой активности // Russian Journal of Education and Psychology. 2023. Т. 14. № 5. С. 126–150. https://doi.org/10.12731/2658-4034-2023-14-5-126-150
2. Гужавина Т. А., Воробьева И. Н. Межличностное доверие в структуре социального капитала (на материалах Вологодской области) // Вопросы территориального развития. 2018. № 2 (42). e5. https://doi.org/10.15838/tdi.2018.2.42.5
3. Ефимова Г. З., Семенов М. Ю. Цифровой детокс молодежи (на примере использования социальных сетей) // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Социология. 2020. Т. 20. №. 3. С. 572–581. https://doi.org/10.22363/2313-2272-2020-20-3-572-581
4. Татарко А. Н. Социальный капитал как фактор отношения к деньгам // Психологический журнал. 2012. Т. 33. № 3. С. 88–97.
5. Шейнов В. П., Девицын А. С. Разработка надежного и валидного опросника зависимости от социальных сетей // Системная психология и социология. 2021. № 2 (38). С. 41–55. https://doi.org/10.25688/2223-6872.2021.38.2.04
6. Шейнов В. П., Карпиевич В. А., Девицын А. С. Проблемное использование смартфона и доверие его пользователей к получаемой информации // Весці БДПУ. Серыя 1. Педагогіка. Псіхалогія. Філалогія. 2024. № 3. С. 79–83.
7. Biolcati R., Mancini G., Pupi V., Mugheddu V. Facebook addiction: onset predictors // Journal of Clinical Medicine. 2018. Vol. 7. № 6. P. 118. https://doi.org/10.3390/jcm7060118
8. Hawi N., Samaha M. Identifying commonalities and differences in personality characteristics of Internet and social media addiction profiles: traits, self-esteem, and self-construal // Behaviour & Information Technology. 2018. Vol. 38. № 2. P. 110–119. https://doi.org/10.1080/0144929x.2018.1515984
9. Huang C. Social network site use and Big Five personality traits: A meta-analysis // Computers in Human Behavior. 2019. Vol. 97. P. 280–290. https://doi.org/10.1016/j.chb.2019.03.009
10. Jasielska D. The moderating role of kindness on the relation between trust and happiness // Current Psychology. 2020. Vol. 39. P. 2065–2073. https://doi.org/10.1007/s12144-018-9886-7
11. Koç T., Turan A. H. The relationships among social media intensity, smartphone addiction, and subjective wellbeing of Turkish college students // Applied Research in Quality of Life. 2021. Vol. 16. №. 5. P. 1999–2021. https://doi.org/10.1007/s11482-020-09857-8
12. Lin C. Y., Namdar P., Griffiths M. D., Pakpour A. H. Mediated roles of generalized trust and perceived social support in the effects of problematic social media use on mental health: A cross‐sectional study // Health Expectations. 2021. Vol. 24. № 1. P. 165–173. https://doi.org/10.1111/hex.13169
13. Mahmood S., Jusoh A., Nor K. M. The role of smartphone-based social media capabilities in building social capital, trust, and credibility to engage consumers in eWOM: a social presence theory perspective // International Journal of Grid and Utility Computing. 2024. Vol. 15. № 2. P. 105–126. https://doi.org/10.1504/IJGUC.2024.137883
14. Maqableh M., Hmoud H. Y., Jaradat M., Masa’deh R. Integrating an information systems success model with perceived privacy, perceived security, and trust: the moderating role of Facebook addiction // Heliyon. 2021. Vol. 7. № 9. e07899. https://doi.org/10.1016/j.heliyon.2021.e07899
15. Şentürk E., Geniş B., Menkü B. E., Cosar B. The effects of social media news that users trusted and verified on anxiety level and disease control perception in COVID-19 pandemic // Turkish Journal of Clinical Psychiatry. 2021. Vol. 24. № 1. P. 23–32. https://doi.org/10.5505/kpd.2020.69772
16. Shen C., Gong H. Personal ties, group ties and latent ties: connecting network size to diversity and trust in the mobile social network WeChat // Asian Journal of Communication. 2019. Vol. 29. №. 1. P. 18–34. https://doi.org/10.1080/01292986.2018.1504976
