СИСТЕМНАЯ ПСИХОЛОГИЯ
И СОЦИОЛОГИЯ

СИСТЕМНЫЙ АНАЛИЗ ФЕНОМЕНА ДОМАШНЕГО НАСИЛИЯ В ОТНОШЕНИИ ЖЕНЩИН

В. В. Лемиш,

ОмГУ, Омск, Россия,

verlem2004@yandex.ru

Введение

По данным ВОЗ, из всех женщин, когда-либо вступавших в интимные отношения, 30 % становились жертвами сексуального или физического насилия со стороны партнера¹. Феномен домашнего насилия не является новым, но вплоть до XIX в. насильственные действия мужа по отношению к жене воспринимались как форма воспитания и даже поддерживались законом, иначе говоря, оценивались как норма [10: с. 98]. Изменение отношения к домашнему насилию стало возможным во многом благодаря феминистскому движению [22]. На IV Всемирной конференции ООН, прошедшей в Пекине (Китай) в 1995 г. и посвященной положению женщин, был представлен первый глобальный систематический обзор научных данных о распространенности двух форм насилия в отношении женщин: насилия со стороны интимного партнера и сексуального насилия со стороны лица, не являющегося партнером.

В научном дискурсе домашнее насилие рассматривается как сложное комплексное явление, имеющее как социальные, так и психологические корни. Данный феномен изучается в рамках различных наук, однако отмечается явный дефицит психологических исследований [14: с. 3; 16: с. 3–4].

Одна из причин недостаточного количества работ в этой области — проблема выявления женщин, подвергающихся насилию. Это может быть связано и с чувством страха или стыда у этой группы, и с их стремлением сохранить семью, и с надеждами на изменения в характере мужа. Однако данная проблема имеет и более глубокие корни: зачастую женщины не воспринимают события во взаимоотношениях с супругом как акты насилия. Как отмечает С. С. Даренских, «многие жертвы не могут дифференцировать, когда семейные конфликты превращаются в открытые проявления насилия» [5: с. 52].

При изучении сложных психологических явлений, коим и является феномен домашнего насилия, свою эффективность показал системный подход [12: с. 66–72; 11: с. 321–335].

В связи с вышеизложенным цель настоящей работы — системный анализ феномена домашнего насилия в отношении женщин.

Существенные признаки домашнего насилия

Достаточно устоявшимся является выделение четырех видов насилия: физического, экономического, психологического, сексуального. Вместе с тем, как отмечает Л. Р. Аптикиева, психологическое насилие лежит в основе всех остальных видов этого феномена. «Главная цель насилия — заставить жертву испытать определенное чувство (унижение, страх) или совершить определенное действие, поступок против желания» [1: с. 8].

Физическое насилие окружающим идентифицировать легче, чем экономическое, психологическое и сексуальное, поскольку у женщины остаются травмы, которые могут быть объективно зафиксированы. Сексуальное насилие зачастую не воспринимается как таковое, поскольку связывается женщинами с необходимостью выполнения супружеского долга; психологическое насилие может иметь латентные, тонкие, изощренные формы (например, лишение возможности высказать свое мнение, принижение роли женщины в семье и обществе, тотальный контроль), которые сложно идентифицировать как насилие; экономическое насилие сложно распознается в силу, с одной стороны, устойчивого полоролевого стереотипа «мужчина — добытчик», с другой — объективной ситуации: заработки мужчин, как правило, выше [3]. Важно также отметить, что физическое насилие считают приемлемым для себя 14 % женщин, в то время как к сексуальному, экономическому и психологическому виду терпимо относятся 56, 54 и 42 % респонденток соответственно [4: с. 17].

При осмыслении феномена домашнего насилия существуют различные подходы. Л. Берковиц исходит из того, что семейное насилие — это вид агрессии [2: с. 281–319]. А. В. Выгодская рассматривает семейное насилие в контексте способа воспроизводства патриархальных отношений в семье [4: с. 15]. Домашнее насилие как травматический кризис описывается в рамках психотерапевтической практики [18: с. 3].

Более того, несмотря на то что проблематика семейного насилия и связанные с ней вопросы женской психологии рассматриваются особо внимательно с начала нынешнего столетия, до сих пор не существует единого представления о природе такого насилия, отсутствуют четкие критерии, отделяющие насилие от ненасилия [5: с. 52; 6]. В этой связи обсуждается вопрос о существенных признаках домашнего насилия, позволяющих отличать его от других видов насилия и от обычного семейного конфликта.

Анализ научных публикаций позволил выделить в качестве таковых шесть признаков. Во-первых, систематический, регулярный, повторяющийся характер насильственных действий. Во-вторых, домашнее насилие «приобретает всеобщий, генерализованный характер — насильник ущемляет свою жертву по многим параметрам» [1: с. 10], иначе говоря, домашнее насилие, как правило, включает в себя несколько видов насилия. В-третьих, домашнее насилие в отношении женщин носит преднамеренный характер. В-четвертых, если в основе семейного конфликта лежит конкретная проблема, которая может быть разрешена, то проявление домашнего насилия не связано с проблемой и изначально не направлено на разрешение конфликта. В-пятых, в основе домашнего насилия лежит такой устоявшийся способ внутрисемейной коммуникации, который практически «исключает возможность разрешения возникшего противоречия путем переговоров, компромиссов» [4: с. 15]; цель коммуникации в ситуации насилия — установить власть и контроль над жертвой [5; 6]. Наконец, в-шестых, «в отличие от преступления, совершенного на улице незнакомцем, семейное насилие происходит в отношениях между близкими людьми» [5: с. 53]. Среди выделенных признаков, на наш взгляд, ключевым является установление власти и контроля над жертвой. Именно он определяет характер поведения насильника в отношении женщины-жертвы.

Анализ научной литературы позволил выделить существенные признаки домашнего насилия, отличающие его от других видов насилия и от обычного семейного конфликта. Системообразующим признаком домашнего насилия в отношении женщины является установление мужчиной власти и контроля над ней.

Факторы домашнего насилия в отношении женщин

При анализе причин домашнего насилия выделяют комплекс социальных и психологических факторов. Среди социальных факторов этого явления отмечают, прежде всего, гендерное неравенство, которое сохраняется в различных сферах общественной жизни, и исторически сложившееся разделение семейных обязанностей между мужчиной и женщиной.

Системный анализ психологических факторов позволяет выделить три уровневые группы причин насилия над женщинами в семье. Так, первая группа и относящиеся к ней совокупные социальные представления фокусируются на макроуровне. Способствует этому общественное мнение, базирующееся на культурных установках прошлого, и его постоянное подкрепление в широких кругах. Вторая группа причин связана с характерными особенностями взаимодействия в родительской семье (мезоуровень). Семейные стереотипы, их воплощение в качестве практик взаимодействия ведут к «изнурению» в отношениях между близкими людьми. Третья группа — сами личностные особенности, которые обнаруживают непосредственно женщины-жертвы (микроуровень). Подобные особенности не способствуют личностному росту, напротив, они ведут к эрозии личностных свойств.

Как показывают исследования, существующие в обществе представления о домашнем насилии, по сути своей, «служат “обоснованием” происхождения насилия; фактором, призванным легче, проще воспринимать посторонними ущерб от насилия, а также — обстоятельствами, “уменьшающими” ответственность насильников» [15: с. 92].

При анализе психологических факторов домашнего насилия большая роль отводится характеру взаимодействия в родительской семье. В частности, к ним относят пережитый в детстве опыт грубого обращения [7]; проявление насилия в родительской семье [4]. Свою лепту вносят сложившиеся в детстве паттерны поведения родителей, формирующих образ отца и матери [3]. Так, если девочка видит положительный пример отца, его уважительное отношение к противоположному полу, то это препятствует принятию женщиной роли жертвы и помогает ей выйти из ситуации насилия. Интериоризированный образ послушной матери, напротив, способствует принятию женщиной роли жертвы и проявлению пассивного поведения. С. Н. Бурова и О. А. Янчук также отмечают, что «сильная, властная мать — это один из факторов формирования в девочке качеств, которые помогают ей в будущем “выстоять” в ситуации насилия» [3: с. 110].

Один из психологических факторов домашнего насилия — личностные особенности жертвы. Исследователи в данном случае исходят из представления о системно присутствующей виктимности в поведении жертв домашнего насилия.

В исследованиях при описании психологического портрета женщины-жертвы выделяют особенности эмоциональной, волевой, мотивационной, коммуникативной сфер, а также такие интегральные личностные характеристики, как Я-концепция, жизнестойкость, психологическая устойчивость, социальная зрелость женщин-жертв.

Интерес для рассмотрения у ученых вызывает эмоционально-волевая сфера их личности, которая включает как положительные качества, среди которых — сочувствие и сопереживание другому, так и отрицательные — незрелость и неустойчивость демонстрируемых эмоций [14: с. 188].

При описании волевой сферы женщин-жертв подчеркивается их нерешительность и пассивность. Для мотивационной сферы характерны дефицит ценностных ориентаций, отсутствие интереса к жизни; слабая мотивация к достижению поставленных целей [14: с. 188]. Женщины-жертвы не уделяют должного внимания своим потребностям и испытывают трудности при выборе того, что им нравится [17]; предпочитают удовлетворять потребности, не прикладывая особых усилий [14].

В исследованиях коммуникативных особенностей выявлено, что для женщин, подвергшихся насилию, характерно «наличие негативных ожиданий относительно межличностного взаимодействия и коммуникаций с другими людьми, что существенно затрудняет возможность контактирования с миром» [14: с. 189]; повышенная конфликтность сочетается с доверчивостью.

Необходимо признать, что Я-концепция является одной из центральных интегральных характеристик личности. Практически все исследователи констатируют заниженную самооценку и чувство собственной неполноценности у женщин-жертв. В самосознании формируется устойчивое представление о себе как о жертве [23]. Отмечается проблема рефлексии границ собственного Я, что не позволяет разграничивать мысли и чувства собственно свои и окружающих. Формируется эффект созависимости, когда жертва переживает свою сопричастность «ко всему», что, в свою очередь, дополняет комплекс болезненных чувств, подавляет проявления личности [17: с. 171].

Важной характеристикой личности является социальная зрелость. Женщинам, подвергающимся насилию, присуща высокая степень конформности, экстернальность, готовность к самопожертвованию, покорность, лояльность по отношению к своему мучителю; «решения зачастую принимаются спонтанно, без поиска рациональных путей» [14: с. 188], ответственность за себя заменяется ответственностью за других людей [17]. Иначе говоря, показатели социальной зрелости женщин-жертв достаточно низкие. У них также отмечаются низкие показатели жизнестойкости и устойчивости [20; 24].

Согласно исследованию В. Блажевской и К. Стойменовской, женщины, пострадавшие от домашнего насилия, демонстрируют более высокий уровень нейротизма и агрессии, а также более низкий уровень экстраверсии, открытости и осознанности по сравнению с женщинами, не становившимися жертвами домашнего насилия [21].

Таким образом, системный анализ психологического портрета женщины-жертвы позволил выявить целый ряд специфических черт как в отдельных подструктурах личности, так и в интегральных личностных характеристиках. В целом все вышеописанные черты можно охарактеризовать как неполноценные.

Однако следует обратить внимание на тот факт, что во многих исследованиях психологических особенностей жертвы респондентами являются женщины, находящиеся в ситуации насилия. В результате трудно отличить характеристики, которые стали фактором насилия, от тех, которые являются его следствием. Таким образом, описанные выше характеристики в значительной мере относятся не только к причинам, но и к последствиям домашнего насилия.

Психологические последствия домашнего насилия в отношении женщин

Изучение психологических последствий домашнего насилия показало, что, во-первых, они могут быть как непосредственными, так и отсроченными [8]; во-вторых, домашнее насилие оказывает комплексное воздействие на жертву: негативные изменения происходят не только во всех психологических сферах (эмоциональной, когнитивной, мотивационной, поведенческой), но и на физиологическом уровне. В итоге домашнее насилие тормозит развитие личности в целом [1], в сознании женщины формируется устойчивое представление о себе как о жертве [23].

В-третьих, домашнее насилие влияет на восприятие будущего: женщины-жертвы сомневаются в своих возможностях достижения поставленных целей, они не уверены в своем будущем [19]. Этот факт проявляется и в проектировании будущего в сфере создания новой семьи. Так, в исследовании С. С. Даренских, О. С. Гуровой, Е. А. Ипполитовой [6] выявлено, что у женщин, переживших ситуацию домашнего насилия, снижается значимость таких важных для благополучной семейной жизни ценностей, как уважение, доверие, любовь и взаимопонимание; оценки своей будущей семейной жизни у них противоречивы; планирование новой семейной жизни характеризуется сокращением количества значимых целей, меньшей глубиной и осмысленностью по сравнению с женщинами, которые не подвергались домашнему насилию.

В-четвертых, ситуация домашнего насилия приводит к негативным социально-психологическим последствиям. Взаимоотношения женщины-жертвы внутри и вне семьи можно охарактеризовать как противоречивые. С одной стороны, женщины перестают доверять людям, в результате чего не могут установить здоровые отношения с окружающими (что увеличивает вероятность установления токсичных отношений в дальнейшем) [1], круг общения сужается вплоть до социальной изоляции [13]; с другой — для них характерна зависимость от мнения социального окружения [17]. В семье женщины, несмотря на чувство страха перед насильником, «начинают испытывать лояльность по отношению к своим мучителям» [17: с. 171], находят для себя оправдание поведения агрессора и, «будучи жертвой, представляют себя в роли спасительницы» [9: с. 64] и даже могут испытывать чувство вины за происходящее [14].

Таким образом, ситуация домашнего насилия оказывает комплексное негативное влияние как на саму женщину-жертву и характер ее взаимоотношений с другими людьми, так и на ближайшее социальное окружение. Более того, эти негативные последствия могут быть пролонгированы и проявляться после выхода из ситуации насилия.

Поведение женщины-жертвы в ситуации насилия

Вышеописанные психологические трансформации, происходящие с женщиной-жертвой, в совокупности с макросоциальными факторами во многом объясняют ее пассивность в ситуации насилия.

Вместе с тем данный вид поведения не является фатальным. Часть женщин-жертв оказывает сопротивление. Его формы могут быть различными (моральными, психологическими, правовыми, физическими), во многом зависящими от вида насилия. Результаты проведенных эмпирических исследований позволили прийти к утверждению о том, что протестные действия возникают, как правило, в ситуациях именно физического устрашения и насилия. При экономическом, психологическом и сексуальном насилии «большинство женщин выбирает приспособительное поведение, стремясь сохранить семью всеми имеющимися у них средствами» [4: с. 10].

Возникает вопрос: чем обусловлен выбор форм поведения женщины в ситуации насилия? Почему одни проявляют пассивность, пытаются приспособиться, а другие сопротивляются и предпринимают активные действия для того, чтобы перестать быть жертвой? На наш взгляд, одним из важных факторов является субъективное восприятие ситуации насилия женщиной. Как отмечает Л. Р. Аптикиева [1], следует различать само воздействие и его восприятие человеком как насилия. Косвенным подтверждением значимости субъективного восприятия ситуации насилия являются исследования психологических особенностей женщин, переживших насилие в семье, на разных этапах травматизации [14], в которых показано, что по мере выхода из ситуации насилия меняется восприятие себя и мира. При этом существенным фактором является «сложнейший процесс осознания своих страхов, а также попытка осмысления травматического опыта и его интеграции в свою жизнь» [19]. Поэтому исследование субъективного восприятия ситуации насилия женщиной-жертвой — важный аспект феномена домашнего насилия.

Таким образом, стратегии поведения женщин-жертв в ситуации насилия могут быть различными: от пассивного приспособления до активного сопротивления. Однако вопрос о факторах, влияющих на выбор стратегии, во многом остается открытым. Одним из таких факторов является субъективное восприятие женщиной-жертвой ситуации насилия.

Женщины-жертвы, выйдя из ситуации насилия, способны к более зрелой рефлексии. Поэтому изучение их ретроспективных представлений может стать важным источником информации, позволяющим глубже понять феномен домашнего насилия.

Выводы

1. На основе анализа научных публикаций выделены следующие признаки насильственных действий в отношении женщин: насильственные действия носят повторяющийся, генерализованный, преднамеренный характер; осуществляются близким человеком; не направлены на решение проблемы; цель коммуникации в ситуации домашнего насилия — установить власть над жертвой. Именно последний признак является системообразующим, определяющим поведение насильника.

2. Системный анализ причин домашнего насилия в отношении женщин позволил выделить следующие факторы: на макроуровне роль играют социальные представления, существующие в обществе; на мезоуровне — характер внутрисемейной коммуникации в период детства; на микроуровне — особенности личности женщины-жертвы.

3. Системный анализ результатов эмпирических исследований личностных особенностей женщины-жертвы свидетельствует о том, что и характеристики отдельных структурных компонентов личности, и интегральные свойства личности можно описать как неполноценные. Вместе с тем существуют данные, которые ставят под сомнение однозначную прямую зависимость между психологическими особенностями женщины и риском стать жертвой насилия. Более существенный вклад вносит фактор мезоуровня — особенности внутрисемейной коммуникации в период детства.

4. Ситуация домашнего насилия оказывает комплексное негативное влияние как на саму женщину-жертву, характер ее взаимоотношений с другими людьми, так и на ближайшее социальное окружение. Более того, эти негативные последствия могут быть пролонгированы и проявляться после выхода из ситуации насилия.

Заключение

Научный интерес к проблеме домашнего насилия в отношении женщин обусловлен широким распространением данного негативного явления в социуме. Несмотря на то что домашнее насилие может проявляться в отношении любых членов семьи, именно женщины чаще являются его жертвами. Домашнее насилие в отношении женщин — сложный комплексный феномен, который изучается в рамках различных наук. Однако существует явный дефицит психологических исследований, что связано с рядом причин.

Одна из них — проблема выявления женщин, подвергающихся насилию. Практика показывает, что женщины-жертвы склонны скрывать данный факт. В основе могут лежать чувство страха или стыда, стремление сохранить семью, надежда на то, что муж изменится. Проблема может иметь и более глубокие психологические корни, связанные с тем, что женщины не идентифицируют насильственные действия, не воспринимают сложившиеся особенности взаимоотношений с супругом как акты насилия.

При изучении феномена домашнего насилия в отношении женщин существуют и проблемы, обусловленные самой организацией исследования. Так, во многих эмпирических исследованиях психологических особенностей жертвы респондентами являются женщины, находящиеся в ситуации насилия. В результате трудно отделить характеристики, которые стали фактором насилия, от тех, которые являются его следствием.

Открытым остается вопрос: чем обусловлен характер поведения женщины в ситуации насилия? Почему одни пассивны, а другие активно ищут выход? В этой связи, на наш взгляд, актуально исследование субъективного восприятия ситуации насилия женщиной-жертвой, поскольку, как показали результаты исследований, женщины, вышедшие из ситуации насилия, способны к более зрелой рефлексии, их ретроспективный анализ может стать важным источником информации при исследовании феномена домашнего насилия.

Литература

1. Аптикиева Л. Р. Последствия психологического насилия для разных возрастных категорий // Вестник Оренбургского государственного университета. 2020. № 1 (224). С. 6–13. https://doi.org/10.25198/1814-6457-223-6
2. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль: монография / пер. с англ. А. Боричев, Л. Царук, Л. Ордановская. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2007. 510 с.
3. Бурова С. Н., Янчук О. А. Домашнее насилие в отношении женщин и их жизненные стратегии // Социология. 2010. № 4. С. 99–116.
4. Выгодская А. В. Насилие в семье: гендерный аспект: автореф. дис. … канд. социол. наук. Екатеринбург, 2009. 20 с.
5. Даренских С. С. Семейное насилие в отношении женщин // Известия Алтайского государственного университета. 2013. № 2-2 (78). С. 52–55. https://doi.org/10.14258/izvasu(2013)2.2-10
6. Даренских С. С., Гурова О. С., Ипполитова Е. А. Семейные перспективы женщин, переживших ситуацию домашнего насилия // Человеческий капитал. 2020. № 8 (140). С. 36–44. https://doi.org/10.25629/HC.2020.08.03
7. Калачина О. С. Насилие в семье: причины распространения и личностные стратегии противодействия // Мир науки. Социология, филология, культурология. 2021. Т. 12. № 4. URL: https://sfk-mn.ru/PDF/33SCSK421.pdf
8. Качаева М. А., Дозорцева Е. Г., Нуцкова Е. В. Отсроченные последствия пережитого домашнего насилия у женщин и девочек // Психология и право. 2017. Т. 7. № 3. С. 110–126. https://doi.org/10.17759/psylaw.2017070309
9. Крылов Д. С. О проблеме защиты женщин от домашнего насилия в контексте социологического и статистического аспектов // Новая наука: новые вызовы: материалы XIII Всероссийской научно-практической конференции (г. Краснодар, 27 марта 2020 г.) / под общей редакцией Е. А. Янпольской. Краснодар: ИССиМ, 2020. С. 59–64.
10. Матвеева Е. В., Пинегина Н. М. Домашнее насилие: проблема, факторы его определяющие и последствия у женщин, жертв домашнего насилия // Научный альманах. 2021. № 12-2 (86). С. 97–101.
11. Рыжов Б. Н. История психологической мысли. Пути и закономерности. 2-е изд., перераб. и доп. М.: ФЛИНТА, 2021. 352 с.
12. Рыжов Б. Н. Системная психология: монография. 2-е изд. М.: Т8 Издательские Технологии, 2017. 356 с.
13. Ситникова Д. К., Подольская И. А. Проблема социальной изоляции женщин, переживших психологическое насилие в отношениях // Вестник Калужского университета. Серия 1: Психологические науки. Педагогические науки. 2022. Т. 5. Вып. 3. С. 94–103. https://doi.org/10.54072/26586568_2022_5_3_94
14. Таусинова О. К. Клинико-психологические особенности состояния женщин, переживших домашнее насилие // Вестник Красноярского государственного педагогического университета им. В. П. Астафьева. 2018. № 3 (45). С. 183–194. https://doi.org/10.25146/1995-0861-2018-45-3-85
15. Тащёва А. И. Психологические проблемы домашнего насилия // Социальные проблемы современной России: возможности психологической помощи: материалы Всероссийской научно-практической конференции (Омск, 11–12 ноября 2010 г.) / под ред. Л. И. Дементий. Омск: Изд-во Омского гос. ун-та, 2010. С. 91–95.
16. Тимофеева И. М. Социально-психологические факторы жестокого обращения с женщинами в семье: дис. … канд. психол. наук. СПб., 2002. 188 с.
17. Толстопятов Ю. Ю. Особенности виктимного поведения женщин в условиях домашнего насилия // Проблемы теории и практики современной психологии: материалы XVIII Всероссийской научно-практической конференции с международным участием (г. Иркутск, 25–26 апреля 2019 г.). Иркутск: ИГУ, 2019. С. 170–172. 1 CD-ROM.
18. Фурманов И. А. Агрессия и насилие: диагностика, профилактика и коррекция: монография. СПб.: Речь, 2007. 479 с.
19. Шимановская Я. В., Сарычев А. С., Гольдзин Е. Индивидуально-психологические особенности женщин молодого и среднего возраста, подвергшихся домашнему насилию: опыт социально-педагогического исследования // ЦИТИСЭ. 2021. № 4 (30). С. 431–440. http://doi.org/10.15350/2409-7616.2021.4.40
20. Anderson K. M., Runner L. M., Denis F. S. Recovery: resilience and growth in the aftermath of domestic // Violence. Violence Against Women. 2012. Vol. 18 (11). P. 1279–1299. https://doi.org/10.1177/1077801212470543
21. Blazhevska V., Stoimenovska K. Personality profile differences among women victims of domestic violence and women who are not victims of domestic violence // Международный научно-исследовательский журнал. 2017. Т. 9-2 (63). P. 62–64. https://doi.org/10.23670/IRJ.2017.63.092
22. Felter E. A history of the state’s response to domestic violenc2 // Feminists negotiate the state: the politics of domestic violence / ed. C. R. Daniels. Maryland: University Press of America. 1997. P. 5–10.
23. Ferguson D. M., Horwood L. J., Ridder E. M. Partner violence and mental health outcomes in a New Zealand birth cohort // Journal of Marriage and Family. 2005. Vol. 67. P. 1103–1119. https://doi.org/10.1111/j.1741-3737.2005.00202.x
24. Tsirigotis K., Łuczak J. Resilience in women who experience domestic violence // Psychiatric Quarterly. 2018. Vol. 89. № 1. P. 201–211. https://doi.org/10.1007/s11126-017-9529-4

Примечания

¹ Global and regional estimates of violence against women: prevalence and health effects of intimate partner violence and non-partner sexual violence // World Health Organization. 2013. P. 2. URL: https://www.who.int/publications/i/item/9789241564625 (дата обращения: 23.12.2024).