Get Adobe Flash player
PDF-версия
Б.Н. Рыжов - Системная психология
Содержание №19 2016

Психологические исследования

Валявко С. М. Анализ формирования самооценки старших дошкольников
Консон Г. Р. Психология инфернального двойника героя в романе Т. Манна «Доктор Фаустус»
Лубовский В. И., Валявко С. М., Князев С. М. Забытый, но не утраченный тест
Н. К., Данилова Л. В. Музыкально-эмоциональное развитие младших школьников в процессе художественно – творческой деятельности
Набатникова Л. П., Голубниченко А. А. Психологические особенности личностного самоопределения застенчивых старшеклассников
Староверова М. С. Особенности взаимодействия матерей с детьми, имеющими расстройства аутистического спектра
Шейнов В. П. Уверенность в себе и психологический по”> Шейнов В. П.

История психологии и психология истории

Рыжов Б. Н. Психологический возраст цивилизации (XIII – начало XIV веков)
Иванов Д. В. Психологическая мысль в России конца XVIII – начала XIX века. И. П. Пнин

Социологические исследования

Ананишнев В. М., Фурсов В. В., Ткаченко А. В. Международные критерии и показатели оценки деятельности вузов
Сведения об авторах №19
Наши партнеры

WWW.SYSTEMPSYCHOLOGY.RU

 

Т. И. Бонкало, В. В. Ананикова, КОГЕРЕНТНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ТРАНСГРЕССИИ НАРКОЗАВИСИМОЙ ЛИЧНОСТИ

Журнал » 2016 №17 : Т. И. Бонкало, В. В. Ананикова, КОГЕРЕНТНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ТРАНСГРЕССИИ НАРКОЗАВИСИМОЙ ЛИЧНОСТИ
    Просмотров: 1870

КОГЕРЕНТНО-СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД

К ИССЛЕДОВАНИЮ ТРАНСГРЕССИИ НАРКОЗАВИСИМОЙ ЛИЧНОСТИ

 

Т. И. Бонкало,

РГСУ, Москва,

В. В. Ананикова,

МПГУ, Москва

 

В статье раскрывается сущность нового методологического подхода к исследованию процессов приобщения личности к наркотикам и последующей реинтеграции наркозависимой личности в социум. Предлагаемый методологический подход синтезирует основные положения синергетического и социально-психологического подходов. В статье раскрывается психологическая природа наркозависимости с позиций трансгрессивной теории личности; определяются основные положения теории трансгрессии наркозависимой личности. В рамках нового подхода на основе эмпирических исследований планируется разработка социально-психологической концепции личностной трансгрессии наркозависимых, раскрывающей стадии формирования отношенческих деструкций наркозависимой личности в процессе постепенной ее трансформации под влиянием субкультуры наркоманов, освоение которой и является источником сложностей и трудностей возвращения наркозависимого к нормальной жизни и созидательной деятельности.

Ключевые слова: наркозависимость, трансгрессия, трансгрессивный процесс, синергетические механизмы, субкультура наркоманов.

 

COHERENT AND SYNERGETIC APPROACH

TO THE STUDY OF DRUG-ADDICTED PERSONALITY TRANGRESSION

 

T. I. Bonkalo,

RSSU, Moscow,

                                                                                    V. V. Ananikova,

 MSPU, Moscow

 

The article reveals the essence of a new methodological approach to the study of the processes of initiation to drug culture, identity and the subsequent reintegration of drug-dependent person in society. The proposed methodological approach synthesizes the main provisions of the synergistic and socio-psychological approaches. The article deals with the psychological nature of the drug from the standpoint of transgressive personality theory; defines the basic tenets of the theory of transgression drug addicted person. In a new approach, based on empirical research, it is planned to develop the socio-psychological concept of personal transgression addicts, revealing the formation stage attitudinal destructions drug addicted person in the course of gradual its transformation under the influence of the drug subculture, the development of which is the source of complexities and difficulties of returning addict to normal life and creative activities.

Keywords:addiction, transgression transgressive process, synergistic mechanisms, drug subculture.

 

Введение

Проблемы наркозависимости, ее преодоления и профилактики не теряют своей актуальности не только вследствие все еще не уменьшающегося потока психоактивных веществ, фиксируемого в настоящее время на территории как нашей страны, так и за рубежом, но и в силу отсутствия в мировых психотерапевтических практиках действенных и эффективных технологий комплексной реабилитации наркозависимой личности, обеспечивающих ее успешную реинтеграцию в социум и устойчивость ее позитивных личностных изменений.

В настоящее время общеизвестным и трудно скрываемым становится факт рецидивов употребления психоактивных веществ теми лицами, которые либо уже прошли полный курс медико-психолого-социальной реабилитации, либо еще находятся на стационарном лечении, что свидетельствует о недостаточной эффективности большинства разработанных мероприятий и программ по оказанию помощи наркозависимым и коррекции их аддиктивного поведения.

В связи с этим актуализируется задача поиска нового методологического подхода к исследованию закономерностей, механизмов и факторов формирования и развития зависимости личности от психоактивных веществ, обеспечивающего возможность раскрытия психологической сущности и структурно-динамических характеристик самого процесса приобщения личности к наркотикам и дальнейшего достижения ею запредельного состояния психики, причин развития стремления аддикта преодолеть социальные запреты и выйти тем самым за пределы психической нормы [14].

 

Результаты

Даже краткий обзор исследований, касающихся вопросов наркотической зависимости, позволяет говорить о том, что, во-первых, интерес к данной проблеме не ослабевает, а во-вторых — накопленный теоретический и эмпирический материал становятся своеобразной теоретико-методологической базой исследования тех же проблем только с позиций принципиально нового методологического подхода, способного отойти от традиционных линейных трактовок проблем наркозависимой личности и вывести современную науку на принципиально новый уровень обобщения, и тем самым найти эффективные способы воздействия на личность, зависимую от психоактивных веществ и подвергшуюся негативным последствиям их употребления.

Та методология психологической науки, которая сформировалась за последние сто лет, становится все более неадекватной реальностям глобальных изменений мира. Наблюдается существенное противоречие между традиционной методологией психологии, разрабатывавшейся на основе линейного мышления, линейной философии, и новыми ценностями общественного развития, раскрывающими сущность и смысл новой философии жизни. Попытки разрешить это противоречие привели к так называемому методологическому плюрализму.

Однако нельзя не согласиться с мнением О. К. Тихомирова, отмечающего, что «методологический плюрализм не должен рассматриваться как негативное явление» [15, с. 58]. В то же время методологический плюрализм не должен переходить в методологическую растерянность, в действия по принципу «все наоборот». А. В. Брушлинский характеризует такие действия следующим образом: «то, что раньше отвергалось, теперь лишь поэтому превозносится, а то, что считалось хорошим, ныне просто отбрасывается с порога» [4, с. 14–15].

Развитие и создание новой методологии, отвечающей современным запросам современной науки, — достаточно сложная задача, связанная еще и со спецификой предмета психологии.

Принцип системности (Б. Г. Ананьев, П. К. Анохин, А. Г. Асмолов, А. В. Брушлинский, А. А. Деркач, В. П. Кузьмин, Б. Ф. Ломов, Б. Н. Рыжов, В. Д. Шадриков), предусматривающий, как известно, исследование объекта как совокупности взаимодействующих компонентов, требует изучения социально-психологических явлений в их зависимости от внутренне связанного целого, которое образуют отдельные компоненты, приобретая при этом присущие целому новые свойства [3; 4; 12].

Наиболее существенным признаком системы является ее целостность, а первое требование системного принципа заключается в том, чтобы рассматривать анализируемый объект как целое. Это означает наличие у объекта интегральных свойств, не сводимых к сумме свойств его элементов [9; 11].

Развитие общенаучной методологии исследования систем состоит в том, что установление новых общесистемных закономерностей на постнеклассическом этапе развития науки самым существенным образом определила теория самоорганизации. В связи с этим вполне оправданно охарактеризовать современный системный подход как системно-синергетический, который применительно к методологии социальной психологии может трактоваться как направленность исследовательской деятельности на выявление в социально-психологической реальности самоорганизующихся систем и использование синергетических принципов для раскрытия и описания закономерностей развития этих систем.

Синергетический подход (Н. Ю. Климонтович, С. Курдюмов, А. Маслоу, Н. Моисеев, И. Пригожин, Г. Хакен и др.), возникший на стыке гуманитарных и естественнонаучных дисциплин, обеспечивает переход исследования на более высокий уровень обобщения. Основным инструментом синергетического подхода является теория неравновесных подходов, описывающая механизмы самоорганизации сложных систем [3; 9].

Применение синергетического подхода позволяет, во-первых, исследовать процессы самоорганизации, устойчивости, распада и возрождения отношений как целостной самоорганизующейся системы связей и взаимосвязей субъектов деятельности, наметив тенденции ее развития и саморазвития. Синергетический подход позволяет также выявить в такой системе кооперативные и интегрированные явления, которые обеспечивают достижение синергетического эффекта [2].

Использование системного и синергетического подходов к исследованию проблемы аддиктивного поведения, и в частности проблем наркозависимой личности, позволит выявить закономерно существующие связи и взаимосвязи между психологическими и социально-психологическими явлениями, составляющими сущность самого процесса формирования зависимости и, соответственно, процесса ее преодоления.

По своей сути, речь идет о трансгрессивном процессе, что предполагает исследование феноменов трансгрессии, трансгрессивного акта и трансгрессивности как специфического свойства личности, отражающего его способность и готовность «шагнуть за пределы», «перешагнуть» дозволенное, переступить границу общепризнанного социально приемлемого поведения.

Трансгрессия в традиционном представлении и философском осмыслении — это феномен, обозначающий сам переход некой границы между возможным и невозможным, дозволенным и недозволенным. По словам М. Фуко, трансгрессия – это «…жест, который обращен на предел…» [1]. М. Бланшо рассматривает трансгрессию как «преодоление непреодолимого предела». Ж. Батай, анализируя феномен религиозного экстаза, отмечает, что по своей сути это не что иное, как трансгрессивный выход за пределы, феноменологическое проявление трансгрессивного трансцензуса к Абсолюту [1].

Рассуждения о трансгрессивности как свойстве личности неизменно приводят к необходимости анализа ее сущностных характеристик. В той или иной степени, но в своем онтогенетическом развитии личность неизбежно сталкивается с осознаваемой, или плохо осознаваемой, или неосознанной ситуацией выбора между необходимостью принятия дихотомических онтологических позиций: либо занять позицию зарождения, совершенствования, либо разрушения, деградации [7; 13]. Такая ситуация выбора, как правило, разрешается с помощью трансгрессивных актов, детерминированных целым комплексом объективных и субъективных факторов.

Трансгрессия наркозависимой личности в этой связи может рассматриваться двояко: во-первых, приобщение к наркотикам как трансгрессивный переход в запредельный мир непознанного психического состояния и, во-вторых, трансгрессивный переход уже из того, познанного личностью, запредельного состояния психики, т. е. переход из нереальности в область реальности.

И если в первом случае граница трансгрессии воспринимается в большей степени как субъективно достижимая и легко преодолимая в силу наличия у ее субъекта определенных когнитивно-ресурсных и эмоционально-волевых особенностей, сформированных в процессе социального развития специфических мотивов, стереотипов и социальных установок, то во втором — граница обратного трансгрессивного перехода воспринимается субъектом как практически непреодолимая, что обусловлено субъективным ощущением познанного и облегченного, когда даже угроза смерти не является доминирующим мотивом, детерминирующим стремление наркозависимой личности выйти за пределы познанного.

Когерентно-синергетический подход объясняет саму природу трансгрессионного акта, его нелинейность, когерентность, бинарность и синергийность.

Выход за пределы, осуществляемый в процессе трансгрессионного акта, является следствием отрицания прошлого и одновременно его продолжением.

Согласно основным положениям синергетического подхода движение любой открытой системы так или иначе зависит от ее предыстории — предшествующего опыта ее зарождения, функционирования и распада.

Так, И. Пригожин и И. Стенгерс приходят к выводу о том, что всё не умирает и не уничтожается, и в определенный момент развития, в точке своей бифуркации, «соединяются крайние предшествующие характеристики систем» [9].

М. Фуко в свое время отмечал, что в момент трансгрессивного перехода «на тончайшем изломе линии мелькает отблеск ее происхождения, возможно, и вся ее траектория или даже ее исток» [1].

По своей сути, развитие системы в точке бифуркации и есть не что иное, как ее трансгрессивный переход от существующего к возникающему. Трансгрессия разрушает старую структуру системы и создает новую, однако, из тех элементов, которые составляют систему, преобразуя при этом их реальное наполнение и содержание и, главным образом, характер их меж- и внутрисистемных связей и взаимосвязей.

Наркозависимость личности, исходя из вышеизложенного, является следствием ее разрушения и одновременно продолжением ее развития.

В традиционных психологических исследованиях, базирующихся на линейных методологических подходах, изучаются, как правило, индивидуально-психологические особенности наркозависимого, особенности когнитивной, мотивационно-потребностной, ценностно-смысловой, эмоционально-волевой структур его личности. Однако не берется во внимание тот факт, что личность наркозависимого со всеми ее особенностями — это новая система, прошедшая в своем развитии точку бифуркации и приобретшая новое свое содержание. Личность наркозависимого — это то новое, что возникло в результате ее трансгрессивных действий.

Для раскрытия психологической природы трансгрессивных действий, составляющих сущность процесса приобщения к наркотикам и тем психоактивным веществам, которые обусловливают выход личности за пределы познанной ею реальности, необходимы исследования, ориентированные на определение субъективного восприятия самой границы, или того предела, которую личность преодолевает, совершая свой трансгрессивный акт.

И здесь возникает еще одна методологическая трудность, связанная как с отсутствием адекватного задачам психодиагностического инструментария, так и неопределенностью самой дефиниции понятия «граница».

Понятие «граница», исследованное психоаналитиками, как известно, является центральным понятием и в гештальт-терапии. Несмотря на различия в трактовке данного термина, он, в сущности, используется исследователями в основном для очертания психологического пространства личности (В. Бион, Д. Винникотт, М. Кляйн, Ф. Перлз, Ж. М. Робин, С. Фишер, З. Фрейд и др.).

В отечественной психологии исследованию психологических границ и психологического пространства личности посвящены работы М. А. Ишковой, С. К. Нартовой-Бочавер, В. В. Николаевой, Е. Т. Соколовой, А. Ш. Тхостова, В. А. Петровского и др.

И здесь необходимо отметить, что трактовка понятия «граница» приобретает и другое содержание.

М. А. Ишкова, например, рассматривает границу как движущий источник становления человека, как побуждение его к определенной активности [5]. Во многих психологических концепциях, и прежде всего в таких концепциях, как концепция индивидуальности А. Г. Асмолова, концепция субъекта деятельности К. А. Абульхановой-Славской, теория субъектогенеза А. С. Огнева, теория надситуативной активности В. А. Петровского, речь идет, по сути, о феномене «граница».

Весьма интересной представляется мысль о том, что переход некой границы, предела, который, по сути, и есть трансгрессивный акт, характерен как для творческой, так и для девиантно развивающейся личности. Так, В. Т. Кудрявцев, например, указывает на то, что развивающее обучение есть не что иное, как «искусство создания предела» [6]. М. А. Ишкова высказывает предположение о том, что одним из доминирующих факторов социальной дезадаптации личности является «иррациональная тяга» переступить определенные ограничения [5]. Эта же мысль звучит и в ряде социологических исследований, где граница рассматривается как социальный фактор, обусловливающий особенности адаптации субъекта к новому, непознанному и неосмысленному [8].

К. Левин определяет границы как некий диапазон действий человека. Я. Козелецки как автор одной из теорий трансгрессии личности под границами понимает некие ограничения или барьеры, определяемые предметным полем активности человека. Отсюда и предложенные им понятия личной, интеллектуальной, социальной границ [16]. Открытым также остается вопрос и о психологической сущности понятия «граница», связанной с выявлением степени осознания ее самой личностью.

Иными словами, процессы зарождения, функционирования, расшатывания и распада личности как открытой системы — это и есть проблемное поле новых исследований, которые позволят раскрыть механизмы приобщения личности к наркотикам и условия ее эффективной реабилитации.

Помимо этого, исследование трансгрессии наркозависимой личности в рамках когерентно-синергетического подхода предполагает проведение комплексного социально-психологического исследования. И здесь необходимо уточнить, что когерентность предполагает исследование процессов взаимоналожения и взаимопроникновения самоорганизующихся и специально организованных процессов, что раскрывает сущность реабилитации наркозависимого [2].

Социально-психологическое направление комплексного исследования предполагает разработку инновационных реабилитационных и профилактических программ и технологий на основе нового подхода, принципиально отличающегося от традиционных социально-психологических подходов тем, что с целью определения индивидуальной траектории их реабилитации, ресурсно-резервной основы и курабельности наркозависимости, помимо учета личностных характеристик наркозависимых и особенностей социальной ситуации их развития до употребления наркотиков, основное внимание уделяется проблеме восстановления разрушенной системы их отношений с самим собой, с ближним окружением, с обществом и миром в целом.

В рамках когерентно-синергетического подхода на основе масштабных эмпирических исследований может быть разработана социально-психологическая концепция личностной трансгрессии наркозависимых, раскрывающая стадии формирования отношенческих деструкций наркомана в процессе постепенной трансформации его личности под влиянием субкультуры наркоманов, освоение которой и является источником сложностей и трудностей возвращения его к нормальной жизни и созидательной деятельности.

Разработка комплексных социально-психологических программ предполагает использование также основных идей концепции социально-психологического патернализма, разработанной Т. И. Бонкало [2].

Сущность концепции заключается в том, что система отношений, складывающихся между наркозависимым, его семьей или иным ближним окружением и специалистами реабилитационного центра, представляет собой некое единство, или полифункциональную общность, формирующуюся на основе потребностей ее субъектов в оказании и получении помощи и поддержке со стороны друг друга, что можно рассматривать как социально-психологический патернализм [2].

Целостное познание феномена социально-психологического патернализма как полифункциональной общности, создающей особое интегрированное пространство развития личности наркозависимого и созависимого, целесообразно осуществлять в рамках когерентно-синергетического подхода, в основе которого лежит исследовательская технология, базирующаяся на интеграции методологии социальной психологии и синергетики.

Синтезированный методологический подход позволяет рассматривать социально-психологический патернализм реабилитационного центра и семьи наркозависимого как систему отношений, обладающую свойствами системности, бинарности, когерентности и синергийности и развивающуюся во взаимонаправленности и взаимоналожении параллельно протекающих в ней сознательно организованных и самоорганизующихся процессов.

Основное положение разработанной концепции заключается в том, что оптимальные патернальные отношения реабилитационного центра, наркозависимого и его семьи, обусловленные удовлетворенностью существенных потребностей их субъектов, создают особую социальную ситуацию развития личности самого больного и позволяют достичь синергетического эффекта, состоящего в формировании ориентировочной основы для восстановления нарушенных отношений с самим собой, социумом и миром в целом и для его дальнейшего саморазвития как трансгрессивной способности выйти за пределы существующих связей в реальности.

При этом патернальные отношения представляют собой систему многообразных стихийно формирующихся или сознательно организованных объективно складывающихся и субъективно воспринимающихся связей и взаимосвязей субъектов, опосредованных активностью их патернальных потребностей, под которыми понимаются субъективные потребности в получении помощи и поддержки со стороны значимого партнерского субъекта или в оказании такой помощи и поддержки другому субъекту. Те сферы отношений, где реализуются патернальные потребности их субъектов, определяются нами как функции патернализма, вследствие чего различаются оптимальные, нормально функционирующие и дисфункциональные патернальные отношения. Патернальные отношения между специалистами реабилитационного центра, наркозависимым и членами его семьи формируются, развиваются, проявляются и интегрируются в процессе деятельности реабилитационного центра, направленной на оказание помощи наркозависимому в его лечении, реабилитации и последующей успешной интеграции в общество [2].

Здесь уместно также говорить о подходе, который предполагает целостное исследование трансформации потребностно-мотивационной сферы личности наркозависимого в процессе употребления им наркотиков и усвоения наркотической субкультуры [12].

Раскрытие сущности и стадий процесса ассимиляции наркозависимого с субкультурой наркоманов, ведущего к разрушению его мотивационно-потребностной сферы, позволит выявить глубинные процессы формирования специфических социально-психологических новообразований личности наркозависимого и определить критерии, показатели, индикаторы и уровни их сформированности.

Помимо известных физической и психической зависимости, упрощение мотивационных структур личности наркозависимого формирует субкультурную, или микросоциальную, зависимость, которая и будет являться центральным объектом социально-психологического исследования и психологического вмешательства.

 

Выводы

В результате обзорно-аналитического исследования были сделаны следующие выводы.

1. Психологическая сущность процесса формирования наркозависимости заключается в рассмотрении его как трансгрессивного акта, обусловленного предшествующим жизненным опытом личности, ее индивидуально-психологическими особенностями и спецификой социальной ситуации ее развития, создающей основу для ее личностных трансформаций и отношенческих деструкций.

2. Понимание и осмысление психологической сущности личностных трансформаций и отношенческих деструкций в процессе трансгрессивных актов формирования наркозависимости и ее последующего преодоления возможны на основе исследования трансгрессии наркозависимой личности.

3. Трансгрессия наркозависимой личности — это процесс разрушения сложившейся системы ее деструктивных отношений к себе, к другим людям и миру в целом, осуществляемый в результате взаимоналожения и взаимопроникновения самоорганизующихся и специально организованных процессов.

4. Исследование трансгрессии наркозависимой личности, ее закономерностей, механизмов, факторов и условий целесообразно осуществлять в рамках разработанного когерентно-синергетического подхода, согласно которому процесс перехода «через границы» и выхода личности за пределы своей психической реальности предстают как процессы зарождения, функционирования, расшатывания и распада системы личностных трансформаций и отношенческих деструкций.

 

Заключение

Когерентно-синергетический подход к исследованию трансгрессии наркозависимой личности предполагает организацию и проведение комплексного социально-психологического исследования, в котором с помощью как традиционных социально-психологических, так и специфических методов и методик (метод аксиоматического моделирования, расчета коэффициентов нелинейных связей и др.) будут выявлены закономерности и механизмы трансгрессивных процессов формирования психологической и субкультурной зависимости и последующего их преодоления личностью, находящейся в состоянии своего становления и развития. Когерентно-синергетический подход реализуется через исследовательскую технологию, отражающую поэтапное исследование закономерно существующих связей и взаимосвязей системы личностных трансформаций и отношенческих деструкций на ее сверхсистемном, общесистемном и частносистемном уровнях. Когерентно-синергетический подход позволяет исследовать трансгрессию наркозависимой личности как целостную систему, обладающую свойствами системности (взаимосвязь ее компонентов), нелинейности (отсутствие линейности в ее развитии), бинарности (упорядочности и одновременно хаотичностипроисходящих внутри системы процессов), когерентности (взаимоналожение самоорганизующихся и адекватных им специально организованных процессов) и синергийности (их взаимоусиление или взаимоослабление).

 

Литература

  1. Бланшо М. Мишель Фуко, каким я его себе представляю СПб.: Machina, 2002. 94 c.
  2. Бонкало Т. И. Социально-психологический патернализм школы и семьи: теория, методология, практика: монография. Коломна: МГОСГИ, 2011. 349 с.
  3. Бонкало Т. И. Тенденции и перспективы развития методологии социальной психологии // Ученые записки Российского государственного социального университета. 2014. № 2 (124). С. 20–24.
  4. Брушлинский А. В. Проблемы психологии субъекта. М.: ИП РАН, 1994. 109 с.
  5. Ишкова М. А. Феномен границы в детерминации активности ребенка: монография. Орск: Изд-во ОГТИ, 2006. 159 с.
  6. Кудрявцев В. Т. Выбор и надситуативность в творческом процессе: опыт логико-психологического анализа проблемы // Психологический журнал. 1997. Т. 1. № 1. С. 16–30.
  7. МясищевВ.Н.Психологияотношений/ под ред. А. А. Бодалева. М.; Воронеж: Институт практическойпсихологии: НПО МОДЕК,1995. 356 с.
  8. Петровский В. А.Человек над ситуацией. М.: Смысл, 2010. 559 с.
  9. Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса: Новый диалог человека с природой: пер. с англ. / общ. ред. В. И. Аршинова, Ю. Л. Климонтовича и Ю. В. Сачкова. М.: Прогресс, 1986. 432 с.
  10. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. СПб.: Питер, 2002. 720 с. (Серия «Мастера психологии»).
  11. Рыжов Б. Н. Системные основания психологии // Системная психология и социология. 2010. № 1 (1). С. 38–54.
  12. Рыжов Б. Н. Естественнонаучные и философские предпосылки развития системной психологии // Системная психология и социология. 2012. № 6 (1). С. 5–20.
  13. Сайко Э. В. Взаимодействие в социальном мире и специфика его действия // Мир психологии. 2008. № 1. С. 5–16.
  14. Сенкевич Л. В. Содержательные характеристики экзистенциального кризиса у юношей с аддиктивным поведением // Российский научный журнал. 2013. № 2 (33). С. 178–184.
  15. Тихомиров О. К. Понятия и принципы общей психологии:учеб. пособие для слушателей ФПК факультетов психологии. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1992. 87 с.
  16. Kozielecki J.Psychotransgresjonizm. Nowy kierunek psychologii. Warszawa, 2001.

 

References

  1. Blanchot M. Michel Foucault, as I Imagine it. SPb.: Machina, 2002. 94 с.
  2. Bonkalo T. I. Socio-Psychological Paternalism Schools and Families: the Theory, Methodology, Practice: a Monograph. Kolomna: MGOSGI, 2011. 349 с.
  3. Bonkalo T. I. Tendencies and Prospects of Development of the Methodology of Social Psychology // Scientific Notes of Russian State Social University. 2014. № 2 (124). P. 20–24.
  4. Brushlinskii A. V. Problems of the Psychology of the Subject. M: IP RAN, 1994. 109 с.
  5. Ishkova M. A. The Phenomenon of the Border in the Determination of the Child's Activity: a Monograph. Orsk: OGTI, 2006. 159 p.
  6. Kudryavtsev V. T. Selection and Suprasituational in the Creative Process: the Experience of Logical and Psychological Analysis of the Problem // Psychological Magazine. 1997. T. 1. № 1. P. 16–30.
  7. Myasischev V. N. Psychology Relations / by ed. A. A. Bodalev. М.; Voronezh: NPO MODEK,1995. 356 с.
  8. Petrovsky V. A. Man of the Situation. M.: Smysl, 2010. 559 с.
  9. Prigogine I., Stengers I. Order out of Chaos: Man's New Dialogue with Nature: trans. with Eng. / tot. ed. V. I. Arshinov, Ju. L. Klimontovich and Ju. V. Sachkova. M .: Progress, 1986. 432 p.
  10. Rubinstein S. L. Fundamentals of General Psychology. SPb.: Peter, 2002. 720 с.
  11. Ryzhov B. N. System Base Psychology // Systemic Psychology and Sociology. 2010. № 1 (1). P. 38–54.
  12. Ryzhov B. N. Natural-Science and Philosophical Preconditions of Development of Systems Psychology // Systems Psychology and Sociology. 2012. № 6 (1). P. 5–20.
  13. Saiko E. V. The Interaction in the Social World and the Specificity of its Actions // World of Psychology. 2008. № 1. P. 5–16.
  14. Senkevich L. V. The Substantial Characteristics of Existential Crisis in Young People with Addictive Behavior // Russian Scientific Journal. 2013. № 2 (33). P. 178–184.
  15. Tikhomirov O. K. Concepts and Principles of General Psychology. M.: MGU, 1992. 87 p.
  16. Kozielecki J. Psychotransgresjonizm. A new direction of psychology. Warsaw, 2001.