PDF-версия
Б.Н. Рыжов - Системная психология
Б.Н. Рыжов - История псих-ой мысли
Содержание №30 2019

Психологические исследования

Коган Б. М., Дроздов А. З. Системная взаимосвязь механизмов психологической защиты и личностных характеристик девушек с несуицидальным самоповреждающим поведением
Арзуманов Ю. Л., Коротина О. В., Абакумова А. А. Личностные особенности людей с зависимостью от синтетического психоактивного вещества
Валявко С. М. О возможности формализации рисуночных методик в специальной психологии: проблемы и перспективы
Захарова Л. Н., Саралиева З. Х.-М., Леонова И. С., Заладина А. С. Усталость как показатель социально-психологического возраста персонала

История психологии и психология истории

Романова Е. С., Рыжов Б. Н. Борис Федорович Ломов — ученый, ставший воплощением своего времени
Ryzhov B. N. Psychological Age of Civilization (перевод на английский язык Л.А. Машковой)

Социологические исследования

Добрина О. А. Социальные риски современности и угрозы идентичности: системный анализ концепции «культурной травмы» П. Штомпки
Ткаченко А. В. Системный подход в социологических концепциях Г. Лебона и З. Фрейда

Рецензии

Aleksander T. Review about Old Age and Disability (с переводом на русский язык)
Новлянская З. Н. Психология, литература и кино в диалоге о человеке

Информация

У Дмитрия Владимировича Гандера юбилей!
Сведения об авторах журнала «Системная психология и социология», 2019, № 2 (30)
Требования к оформлению статей
Наши партнеры

WWW.SYSTEMPSYCHOLOGY.RU

 

Татаринцев Е.А., Рогачева В.И. ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТИРЫ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ В КОНТЕКСТЕ ОБЩЕСТВА МАССОВОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ

Журнал » 2014 №10 : Татаринцев Е.А., Рогачева В.И. ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТИРЫ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ В КОНТЕКСТЕ ОБЩЕСТВА МАССОВОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ
    Просмотров: 4969

ЦЕННОСТНЫЕ ОРИЕНТИРЫ СОВРЕМЕННОЙ МОЛОДЕЖИ В КОНТЕКСТЕ ОБЩЕСТВА МАССОВОГО ПОТРЕБЛЕНИЯ

 

Татаринцев Е.А.

 МГПУ, Москва

Рогачева В.И.

РАНХиГС, Москва

 

В статье обсуждается вопрос становления потребительской ориентации в социальных отношениях современного общества. Рассматривается проблема степени вовлеченности современной российской молодежи в процесс трансформации традиционных ценностных паттернов в потребительскую ориентацию с уклоном в гедонистически-эгоистическую плоскость нормативного поведения. Приведены данные социологического исследования московской молодежи.

Ключевые слова: общество потребления, ценности молодежи, социальный гедонизм.

 

 

CONTEMPORARY YOUTH VALUE POINTS IN THE CONTEXT OF THE MASS CONSUMPTION SOCIETY

 

Tatarintsev E.A.

MCTTU, Moscow

Rogacheva V.I.

RANEPA, Moscow

 

The article considers the issue of establishment of consumer orientation in the social relations of modern society. The problem of modern russian young people involvement to the process of consumer orientation value patterns transformation, including hedonistic-egoistic plane of behavior is consided. The data of sociological research of Moscow youth  are presented.

Key words: consumption society, youth values, social hedonism.

 

Введение

 

Социально-философская мысль конца XIX века ознаменовалась критикой христианской морали, высказанной Ф.Ницше.[10] Его знаменитая фраза «Бог умер!» послужила своеобразным вызовом, явившись мощным катализатором социально-философской мысли в поисках ответа на вопрос о детерминации и регуляции социального поведения людей. Исторические события конца XVIII-начала XIX веков подтверждали кризисное состояние доминирующей долгое время христианской морали как формы интеграции и регуляции поведения. Нарастающая мощь капиталистических отношений выдвинула на первое место рациональность, расчет и стремление к выгоде как основе целеполагания. Тезис А. Смита о стремлении к личному благу как критерий блага общественного на достаточно длительное время стал руководящим принципом деятельности крупнейших корпораций, выдающихся предпринимателей и политиков.[12]

 

1 Общество массового потребления как вызов традиционным ценностям

 

Экономически детерминированное развитие социальных отношений автоматически поставило вопрос о поиске новых форм интеграции социума. Прежние нормы и ценности оказались неэффективными. На смену коллективизму пришел ярко выраженный индивидуализм. Золотое правило нравственности и категорический императив И. Канта [8] не вписывались в требования экономической рациональности. Человек становится именно средством для достижения экономического блага.

Стремясь максимизировать личностную выгоду, индивид вынужден объединять усилия с другими. Можно было бы, с одной стороны, говорить о дюркгеймовской солидаризации связей и отношений с развитием органической солидарности,[7] если бы не одно существенное обстоятельство. Солидаризация предполагала систему длительных отношений и связей, выходящих за рамки экономических отношений. В обозначенных выше условиях рационализации и максимизации экономической выгоды на первое место начинает выходить именно расчет: на сколько мне выгодно связывать отношения с другим человеком. Длительность связи напрямую зависит от того, получаю ли я больше благ от конкретного человека или нет. Если ответ будет отрицательным, то я откажусь от возобновления отношений. Социальные отношения начинают действовать по принципу рынка, в котором каждый имеет свою ценность и стремится к собственной выгоде. Используя рационально-экономическое отношение к другому, формируется и развивается ценностная ориентация индивида, прежде всего, на самого себя.

С другой стороны, используя других в качестве ресурса или средства достижения цели, индивид в некотором роде находится в зависимости от этих «средств». Чем большее количество людей задействованы на благо моего процветания, тем в большей степени это выгодно мне. Однако, помня о том, что каждый индивид выступает с подобной позиции стремления использования других как средства, автоматически возникает проблема интеграции и управления большим количеством связей. Приоритетным становится закрепление власти над другими, благодаря которой можно в полной мере использовать свою выгоду. Наиболее полная форма власти – тоталитаризм – становится «лакомым кусочком» для сильных мира сего. Вместе с тем тоталитарное управление, как показала история, неэффективно и в экономическом смысле, а потому неприемлемо.

На смену политическим режимам диктата приходят максимально рационализированные формы социального контроля, получившие в социальной мысли название общество массового потребления. Именно контроль за потреблением экономических благ и услуг позволяет создать более тонкую систему тоталитаризма, описанную О. Хаксли. [17] Изобилие товаров и услуг как ориентир для остальных является экономически оправданным шагом.[16]

Французский социолог Ж. Бодрийяр видел сущность общества потребления в самообмане, где изобилие является следствием тщательно маскируемого и защищаемого дефицита, который является смыслом выживания в современном мире. [4] Транслируемое «рекламное» счастье является мерилом счастья социального, мерилом социального благополучия индивида. Критерием успеха являются приобретенные коды сигнификации «правильного» образа мысли и жизни, причем этот «образ мысли и жизни» идет в разрез с традиционными ценностями и традиционной моделью поведения. Принцип «каждому по потребностям» заменяется на «каждому по искусственно созданным потребностям». Все технологии современного маркетинга и PR, теле- и киноиндустрии направлены на формирование «жизненно необходимых» потребностей, поскольку необходимо «сбывать» произведенные товары, решения, услуги. Идея траты денег на удовольствие «впечатывается» в сознание масс, формируя инфантильную, иждивенческую установку жизни.

Процесс потребления неразрывно связан с удовлетворением потребностей, а основной критерий удовлетворения потребности – получение удовольствия. Чем эффективнее процесс удовлетворения потребности, тем выше степень удовольствия. Понятие эффективности - это рациональная категория, но любая эффективность, в частности и эффективность взаимодействия, подразумевает минимизацию собственных затрат и максимизацию выгоды. При этом обязательно надо учитывать временной фактор, т.е. минимизацию временного ресурса на извлечение выгоды. Поскольку временной ресурс является одной из основных характеристик современного глобализирующегося общества (современные компьютерные технологии, фаст-фуд, мультиплексы), то получается, что общество постоянно минимизирует свои затраты на получение своих выгод.

Рационализация устремления к максимальной выгоде в глобальном масштабе потребительской ориентации находит воплощение в явлении, названном американским социологом Дж. Ритцером «макдоналдизацией». [4]Современные корпорации все больше внедряют процессы стандартизации, унификации, просчитываемости, позволяющие повысить экономическую эффективность. Вместе с тем все больше в технологиях управления присутствуют так называемые «нечеловеческие технологии», суть которых – использование людей как ресурса достижения экономического благополучия. При этом эти люди совершенно не обязательно относятся к персоналу организации, а даже наоборот – сами потребители. Именно стремление приобрести товар, формирование потребительской ориентации делает людей зависимыми.

С другой стороны, как отмечает Э. Фромм, потребление и стремление к личной выгоде приводят к формированию отчуждения индивида, его атомизации. [15] Формируемый базисный «модус обладания» заставляет индивидов активно искать средства снятия внутреннего напряжения отчужденности. Этот кризис в совокупности с системой экономической детерминированности в условиях массового потребления развивает деструктивные формы разрешения данного противоречия. Обладание вещами, «приобщение» к вещам  ставит индивида в зависимое положение от материальных благ.[14]

При таком положении дел предмет потребления начинает далеко выходить за рамки собственно потребительских свойств и качеств как мерила ценности. Ценность обладания вещью все меньше связана с ее практической полезностью. Предметы потребления становятся все более символической формой самоутверждения, подчеркивания своей идентичности и статусной позиции. Одним из первых на обстоятельства иррационального, «показного» потребления обратил внимание Т. Веблен в своей работе «Теория праздного класса».[6] Демонстративное потребление во многом можно рассматривать именно как попытку решить проблему отчужденности посредством признания от окружающих. Вместе с тем это поведение, изначально имеющее рациональные основы, в принципе можно рассматривать как нерациональное. Рациональность порождает иррациональное стремление к удовлетворению от обладания, наиболее ярко проявляющемуся в наслаждении, удовольствии и гедонизме.

 

2 Гедонистически-эгоистическая ориентация в обществе потребления

 

Сегодня проблема гедонизма приковывает к себе взгляды ведущих ученых современности. Так, британский социолог З. Бауман считает, что рост гедонистских и эгоистических настроений является знаковым для нашего времени. [1;2] Один из американских идеологов П.Дж. Бьюкенен среди причин демографического кризиса, коллапса инсти­тута семьи и брака особо выделяет гедонистическую мораль. [5] Следование им­перативу «живи для себя и наслаждайся жизнью», стремление к максимально­му комфорту, приоритет карьеры в ущерб семье, освобождение женщины (по­нимаемое радикальными феминистками как отказ от традиционной роли жены, матери и хозяйки дома), эгоизм и культ удовольствий — все это приводит к разрушению семьи и брака.

Крупнейший социальный мыслитель, Д. Белл подчеркивал, что центральное место в современной западной культуре занимает гедонизм. [3] По его мнению, именно в 1960-е гг. оформилась современная гедо­нистская мораль. Однако сдвиг в системе ценностей западного общества на­метился еще раньше, в 1920-е гг., когда в результате массового производства и роста потребления стала преобразовываться жизнь среднего класса. В контексте постмодернистской культуры тема гедонизма, удовольствия и соблазна становится особенно актуальной. Постмодернистское общество избрало своим императивом наслаждение, а своей стратегией — соблазн. Современную культуру накрыла волна гедонизма, изменила ее облик. Результатом этих перемен стало появление нового типа человека с повышенным вниманием к самому себе и своему телу, заботящегося о соб­ственном благополучии. Личность такого человека деформируется: теряется глубина, внутренне содержание. Вслед за этим следует духовный кризис, утрата человеком чувства гражданственности, индивидуализм, эгоцентризм и безразличие к общему благу, озабоченность только своими част­ными интересами. Гедонистические устремления человека оборачиваются опустошенностью, и тогда он тратит все свои силы и энергию на поиск новых, еще не изведанных удовольствий.

В культуре влияние гедонизма сказывается, прежде всего, в снижении уровня духовных ценностей, в адаптации произведений искусства к ожиданию и спросу потребителей, в установке на развлекательность. Культ гедониз­ма и чувственных наслаждений — характерная черта современной массовой культуры. Современные средства массовой коммуникации сыграли решающую роль в том, что гедонизм стал ведущей ценностной ори­ентацией молодежи.

Гедонизм, как ценностная ориентация, предполагает еще большую атомизацию и использование других людей как средства достижения своего удовольствия. Трансформирование социальных отношений, в основе которых положен принцип рационализации и гедонизации, приводит к отказу ответственного отношения к другому поверхностность контактов, распространяющихся практически во всех сферах, в том числе и семье.

Современная Россия проходит непростой путь развития капиталистических отношений. Глобализационные отношения во многом не оставляют в стороне и нашу страну. Потребительское общество – это один из вызовов современной глобализации, перед которым оказалась современная Россия. [13] Молодежь, как наиболее активная часть экономики и ее потенциал во многом определят, по какому пути пойдет трансформация социальных отношений. Любопытно обратиться к вопросу – на сколько у современной российской молодежи уже сформированы гедонистические ориентации.

 

3 Методика исследования

 

Исследование гедонистических ориентаций современной московской молодежи проводилось в 2012-2013 годах на базе кафедры общей и прикладной социологии Московского городского педагогического университета и кафедры социальной конфликтологии факультета национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. Метод проведения исследования – анкетный опрос. Выборочная совокупность составила 400 человек. Квотная выборка репрезентативна по половозрастной структуре.

Базовой составляющей проявления гедонизма в социальном поведении является ориентация индивида на себя, на удовлетворение своих собственных потребностей. В этом смысле можно говорить о том, что в основе развития гедонизма лежит эгоистическая направленность личности. С практической точки зрения достаточно сложно зафиксировать выраженность чисто гедонистических стремлений, поскольку гедонизм тесным образом сопряжен с чувством получения удовольствия. Само же чувство наслаждения является во многом субъективным и мимолетным, что затрудняет его фиксацию традиционными социологическими методами. По этой причине в эмпирической части нашей статьи мы остановимся на исследовании эгоистических установок молодежи.

Остановимся на некоторых методологических замечаниях, составивших основу исследования. Социологическое изучение эгоистических установок в поведении молодежи можно рассматривать в рамках их каждодневного поведения. Само определение выраженности тех или иных установок человеческой личности может быть рассмотрено в виде системы координат, где по оси ординат находятся эгоизм и альтруизм, а по оси абсцисс – активность или пассивность в достижении своих целей, активные действия или пассивность, бездействие (рисунок 1).

 

 

Рисунок 1. Поведенческая система координат

Рисунок 1. Поведенческая система координат

 

Если человек не хочет предпринимать каких-либо усилий, а хочет получать все готовое, «на блюдечке», то это квадрант «пассивный эгоизм». Если же человек, стремящийся получить для себя какие-либо блага, прикладывает для этого все усилия, то это квадрант «активный эгоизм». Есть такие люди, которые действуют, исходя из своего внутреннего стремления сделать хорошее другим людям: друзьям, родственникам, обществу в целом. Они находятся в квадранте «активного альтруизма».Квадрант «пассивный альтруизм» рассматривать не будем, т.к. альтруизм подразумевает активность в деятельности. Когда человек отказывается от совершения деяний в пользу кого-то, то это тоже своего рода действие – действие «отказ». Таким образом, пассивность исключается в принципе.

Таким образом, для рассмотрения можно выделить три типа в социальном поведении молодежи:

1. активный эгоизм;

2. пассивный эгоизм;

3. активный альтруизм, далее – альтруизм.

Для наглядности, изобразим это на схеме:

В рамках обозначенной темы проявление эгоистических установок в социальном поведении молодежи рассматривается в четырех сферах деятельности:

1)сфере учебы (как основного вида деятельности студенческой молодежи), работы и сферы труда (как перспективного вида деятельности);

2) в сфере семейных и межличностных отношений, влияющих на отношение человека к обществу и составляющих основу понимания своего места в нем;

3) в сфере самореализации и саморазвития;

4) сфере досуга, как области, напрямую связанной с получением удовольствия.

 

4 Ценностные ориентации молодежи

 

Для выявления особенностей выраженности гедонистических ценностных ориентиров и установок было проведено эмпирическое исследование методом анкетного опроса. Выборка состояла из юношей и девушек в возрасте от 19 до 26 лет. В ходе исследования было опрошено юношей 51%, девушек  – 49%. Средний возраст – 21 год. Данные выборки репрезентативны половозрастному распределению, согласно официальным данным Росстата.

В результате подсчета количества респондентов каждого из типов, было выявлено следующее: из 400 опрошенных 53% респондентов  относятся к типу активных эгоистов, 17,6% – пассивных эгоистов, 29,4% – активных альтруистов (рисунок. 2).

Выделяя отдельно эгоизм и альтруизм, объединим типы «пассивный» и «активный» эгоизм. Получим, что общее число эгоистического поведения в выборке – 70,6%, альтруистов – 29,4%.

Рисунок 2. Распределение доминирующих типов ценностных ориентаций в молодежной среде

Рисунок 2. Распределение доминирующих типов ценностных ориентаций

в молодежной среде

 

Таким образом, доминирующий тип – активные эгоисты. Это подтверждает выдвинутую гипотезу исследования о том, что в структуре ценностей московской молодежи наиболее выражены и доминируют гедонистические ценности с преобладанием материальной заинтересованности. Молодежь проявляет активность в достижении своих собственных интересов.

Было рассмотрено также, какой тип преобладает в каждой сфере. Для этого, был произведен подсчет баллов отдельно по вопросам, относящимся к сферам. В итоге, была получена сводную таблицу, исходя из которой было видно, какой тип набрал наибольшее количество баллов в каждой сфере. При сравнении этих баллов между собой был составлен рейтинг с местами – первое, второе, третье (Таблица 1).

Таблица 1

Рейтинг выраженности каждого типа установок в сферах

(составлен, исходя из  количества набранных баллов по типам

в каждой отдельной сфере)

Сфера

 

Тип

 

Степень выраженности, место

Досуг

 

 

эгоизм активный

1

эгоизм пассивный

3

альтруизм

2

Личные
отношения,
семья

 

эгоизм активный

2

эгоизм пассивный

3

альтруизм

1

Работа

 

 

эгоизм активный

1

эгоизм пассивный

3

альтруизм

2

Самореализация

 

 

эгоизм активный

1

эгоизм пассивный

3

альтруизм

2

 

Как видим, в сфере досуга наиболее часто встречается активный эгоистический тип поведенческих установок, в сфере личных отношений – альтруизм, в работе и самореализации также прослеживается преобладание типа эгоизм активный.

Исходя из полученных результатов, можно сделать обобщенный вывод о том, что современная московская молодежь занимает активную жизненную позицию. Особенно эта активность выражена в сферах, связанных с самой личностью – в учебе и работе, построении карьеры и планов на будущее, в проведении досуга. Молодежь, будучи настроена на индивидуалистические ориентиры, ведома мотивами, сулящими личную выгоду. Эти мотивы не ограничиваются сугубо материальными притязаниями, а включают в себя также стремление к саморазвитию, получению новых впечатлений, самоутверждению. Прослеживается и коллективистская ориентация по отношению к семье, в сфере межличностных отношений и брака.

Схожие данные были получены в результате психологического исследования, проведенного С.В. Львовой и О.В. Унру в 2012 году на базе Института психологии, социологии и социальных отношений МГПУ, в котором по методике М. Рокича «Ценностные ориентации» было выявлено доминирование ценностей, ориентированных на свободу личности, собственное здоровье и развитие. [9] Показатель «счастье других» занял последнее место, что, по мнению авторов, противоречит традиционному представлению о российском менталитете.

 

Заключение

 

Таким образом, на основании изложенных выше данных, приходится констатировать факт трансформации коллективистской ориентации в системе ценностей современной молодежи. Безусловно, говорить о явной детерминации сугубо эгоистически-гедонистических ценностей не стоит. Однако, тот факт, что лишь 30% молодежи можно отнести к альтруистично настроенной, говорит о постепенном отходе от коллективизма к индивидуализму. Подобное положение дел обязательно должно учитываться при разработке вектора социальной молодежной политики и социальных проектов, ориентированных на развитие взаимопомощи, поддержки и социального контроля.

Литература

 

  1. Бауман З. Глобализация. Последствия для человека и общества. М., 2007.  185с.
  2. Бауман З. Индивидуализированное общество. М.: Логос, 2002. 324 с.
  3. Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: опыт социального прогнозирования. М.: Academia, 1999. 783 с.
  4. Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М.: КДУ, Добросвет, 2013. 389 с.
  5. Бьюкенен П. Дж. Смерть Запада. М.: АСТ, СПб: Terra Fantastica, 2004. 444 c.
  6. Веблен Т. Теория праздного класса. Книжный дом «Либрокон», 2014.  365 с.
  7. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М.: Директ-Медиа, 2011.  567 с.
  8. Кант И. Критика чистого разума. М.: ЭКСМО, 2014. 736 с.
  9. Львова С.В. Унру О.В. Ценность: вариативность значений и смыслов в процессе развития общества// Системная психология и социология. М.: МГПУ, 2012. №5. С. 59-64.
  10. Ницше. Ф. Так говорил Заратустра. М.: Азбука, 2013. 1056 с.
  11. Ритцер Д. Макдоналдизация общества 5. М.: Праксис, 2011. 590 с.
  12. Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: Наука, 1993.  509 с.
  13. Староверов В.И. Глобализация, глобализм, антиглобализм и Россия// Системная психология и социология. М.: МГПУ, 2013. №7. С.124-128.
  14. Фромм Э. Здоровое общество. М.: АСТ, Астрель, 2011. 446 с.
  15. Фромм Э. Иметь или быть. М.: АСТ, Астрель, 2011. 314 с.
  16. Хаксли О. Возвращение в дивный новый мир. М.:Астрель, 2012. 191 с.
  17. ХакслиО.Одивныйновыймир. М.: АСТ, 2014. 352 с. 

References

 

  1. Bauman Z. Globalization. The human consequencies. Moscow, 2007. 185 p.
  2. Bauman Z. The individualized society. Moscow: Logos, 2002. 324 p.
  3. Bell D. The coming of post-industrial society: A venture of social forecasting. Мoscow: Academia, 1999.783 p.
  4. BaudrillardJ. The symbolic exchange and death. Moscow: KDU, Dobrosvet, 2013. 389 p.
  5. BuchananP.J. Thedeathofthewest. Moscow: AST, St.Petersburg: Terra Fantastica, 2004. 444 p/
  6. Veblen T. The theory of leisure class. The book house «Librokon», 2014. 365 p.
  7. Durkheim E. The Division of Labour in Society. Moscow: Direct-Media, 2011.
  8. Kant I. The critique of pure reason. M.: EKSMO, 2014. 567 p.
  9. Lvova S.V., Unruh O.V. Value: the variability of significances and meanings in the process of development of the society // System psychology and sociology. 2012. №5. P. 59-64.
  10. NietzscheF. Thus spake Zarathustra. Moscow: Azbuka, 2013. 1056 p.
  11. Ritzer G. The McDonaldization of society. Moscow: Praxis, 2011. 509 p.
  12. Smith A. Research about nature and reasons of people’s riches. Moscow: Science, 1993.509 p.
  13. Staroverov V. I. Globalization, globalism, anti-globalism and Russia // System psychology and sociology. 2013. №7. C.124-128.
  14. Fromm E. A healthy society. Moscow: AST, Astrel, 2011. 446 p.
  15. Fromm E. To Have or To Be. Moscow: AST, Astrel, 2011. 314 p.
  16. Huxley A. Brave new world revisited. Moscow: Astrel Ltd., 2012. 191 p.
  17. Huxley A. Brave new world. Moscow: AST, 2014. 352 p.